#НеВирусныеНовости

День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады (1944 год) отмечается ежегодно 27 января, в соответствии с Федеральным законом от 13 марта 1995 года № 32-ФЗ «О днях воинской славы (победных днях) России».

В 1941 году Гитлер развернул военные действия на подступах к Ленинграду, чтобы полностью уничтожить город. 8 сентября 1941 года кольцо вокруг важного стратегического и политического центра сомкнулось. В блокированном городе оказалось более 2,5 миллионов жителей, в том числе 400 тысяч детей без запасов продовольствия и топлива.

27 января 1944 года советские войска полностью сняли длившуюся 872 дня фашистскую блокаду города. За стойкость, мужество и невиданный героизм в дни блокады город был награжден Орденом Ленина и получил почетное звание «Город-герой Ленинград».


Из воспоминаний Новоуральцев - жителей блокадного Ленинграда:


КОНСТАНТИНОВ ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ.

Мне было 12,5 лет. Немецкие самолёты летали безнаказанно, едва не задевая крыши, сбрасывались зажигательные бомбы и обстреливались улицы. Прятаться старались в убежище под крепким домом. Постепенно поняли, что убежище не спасёт от прямого попадания, а ещё хуже – засыплет, зальёт, а то и сгоришь. Прятались от осколков и взрывной волны дома, в простенках, под тяжёлой мебелью.

Началась холодная и голодная зима. Топили буржуйку, чем придётся. Когда всё занесло снегом, мебелью, книгами. Я успел прочитать «Войну и мир» Л.Толстого. На буржуйке варили «суп»: пять литров воды на одну ложку пшена. Пока ещё у нас была греча (мама, памятуя о голодных годах первой мировой войны и гражданской войн, купила мешок гречневой крупы, что и спасло нас в блокаду), сухарики и хлеб по карточкам. Был столярный клей – варили студень, пекли лепёшки из горчицы на олифе – есть-то хотелось.

У нас с братом открылся кровавый понос. Спасло масло с сахаром шариками – выменяли на хлеб у соседей по детской карточке. Девочка грудная у них умерла, а они её съели. Видел, как варили.Помог дядя Петя, он служил в штабе и получал паёк и папиросы. Как сейчас помню «Беломорканал». Отдавал нам, а я на рынке в розницу продавал и менял их на хлеб.

На рынке насмотрелся всего. Даже пытались шантажировать и обобрать. Торговали котлетами и студнем из мяса умерших. Курящие были готовы на всё из-за папирос. До сих пор не переношу курения и табачного дыма. После прорыва по узкому коридору в районе Синявских болот по льду Ладожского озера стал поступать хлеб. Началось улучшение жизни в городе. Начали отоваривать карточки. Увеличили нормы.

Я попал в стационар, как дохлятик, но отошёл, а домой вернулся со слезами от радости, что жив. Тети с детьми и бабушкой уехали в эвакуацию с детским домом. Бабушка тоже не справилась с последствиями голода и умерла там в Ярославской области. Мы остались в городе. Мама болела, мне приходилось выкручиваться. Продал библиотеку отца, игрушки, дядины картины. Уже осенью, в сентябре перед готовящимся штурмом города нас всё-таки заставили покинуть Ленинград. Доехали под бомбёжками до Ладоги и на катер. Ночью проскочили коридор между позициями немцев. Вернулись в Ленинград в ноябре 1944 года. (Воспоминания 1996г.)


ПАНТЕЛЕЕВА ТАМАРА ИЛЬИНИЧНА.

В 1941 году мне было 16 лет. После сдачи экзаменов за семилетку нас всем классом отправили на оборонные работы на станцию Грузино по Финляндской железной дороге. Копали противотанковые рвы с конца июня по август месяц.

21 августа нам выдали аттестаты. Жили мы с мамой на станции Песочная в 25 километрах от Ленинграда. Работала мама в Ленинграде. Поезда рабочие стали ходить редко. Нам пришлось жить у мамы на работе. А зимой и совсем перестали поезда ходить. На работу меня никуда не брали.

Все предприятия и заводы встали. Электричества не было. Транспорт (трамвай и троллейбус) на Невском стоял заснеженный.

Люди еле ходили, подпоясанные кушачками верёвочками, чтобы было теплее телу. Морозы были большие. Люди замерзали на ходу. Идёшь, бывало по улице, и видишь ноги мертвеца. Торчат из подъезда. Коммунальные работники подбирали трупы, увозили. Когда ходила домой в Песочный по железной дороге платить за квартиру и там видела, лежал замёрзший человек, в пальто и валенках. Тоже куда-то шёл, как и я.

14 апреля умерла мама. Заболела. Больничный дали с диагнозом «колит». Когда я стала работать медицинской сестрой, я поняла, что это был не колит, а тиф. Поступила на работу в Куйбышевскую больницу в июне 1942 года. Молодых девчонок призвали на всеобучное обучение, обучали стрельбе, строевой подготовке, азбуке Морзе. Несли охранную службу в военкомате Куйбышевского района.

Ночь стояли возле знамени, а утром шли на работу. По окончании всеобуча вели дежурства на чердаках по обезвреживанию зажигалок, которые сыпались на город.

Голод и холод, я заболела дистрофией в отёчной форме. Утром лицо опухало, глаз не видно. Кожа становилась стеклянной, а вечером отёки спускались на ноги. Положили меня в отделение на неделю. Лучше стало. До сих пор не могу забыть, как я отняла у воробья корочку хлеба.

Из родственников три человека умерли, двое пропали в городе и один брат троюродный пропал вез вести на фронте на территории Калининской области. (Воспоминания 1996г.)



2 просмотра0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все

#ZaМир